Годы жизни: 1833 – 1887
Александр Порфирьевич Бородин родился в семье дворянина из знатного и богатого рода, но практически до смерти отца был крепостным. Это случилось из-за того, что мать Бородина была дочерью простого солдата, поэтому сына решили записать как ребенка одного из слуг. То есть будущий химик и композитор, по сути, был крепостным собственного отца.
И хотя на людях Бородин должен был называть маму тетушкой, а к отцу обращаться как к дворянину согласно правилам того времени, его любили и обеспечивали всем необходимым, в том числе хорошими учителями. Александр был прилежным учеником: французский и немецкий языки, математика, литература – все давалось ему с легкостью, но особенно нравилась музыка. Бородин брал уроки на фортепиано, флейте и виолончели, а в 9 лет сочинил свое первое произведение.
Другим увлечением Александра стала химия. Банки с растворами, колбы, горелки, трубки – он постоянно экспериментировал, делал самодельные фейерверки, готовил собственные акварельные краски и в итоге решил поступить на медицинский факультет Медико-хирургической академии. Закончив академию с отличием, Александр Бородин стал руководить собственной химической лабораторией, принимал участие в зарубежных конференциях с Менделеевым, Сеченовым и Боткиным, а пиком его научной карьеры стало открытие химической реакции, которую спустя некоторое время назвали в его честь.
О произведении «Князь Игорь»
«Князь Игорь» — опера Александра Бородина на основе сценария Владимира Стасова по «Слову о полку Игореве». В письмах о создании этой оперы Бородин говорил, что хочет «написать эпическую русскую оперу».
Он проделал огромную подготовительную работу: изучил литературу о произведении, летописи, ознакомился с сохранившимися образцами половецкого фольклора. А после в течение нескольких лет кропотливо создавал будущий шедевр.
К сожалению, Бородин не успел завершить свой многолетний труд. После смерти дополнением незаконченных частей занялись друзья Бородина, Римский-Корсаков и Глазунов. Первая постановка «Князя Игоря» состоялась через три года после смерти автора. Современники высоко оценили произведение. Оно вошло в репертуар крупнейших театров России, а затем было поставлено на ведущих мировых сценах: в парижской «Гранд-Опера», в нью-йоркской «Метрополитен-опера», миланской «Ла Скала» и многих других.
